На правах рекламы:

• Конвекционная печь для отопления смотри здесь. | Что нужно для торговли бижутерией из серебра.

 Проект "АЛЕФ"
из архива личной переписки.
 

20.10.1989г. Артамонов Сергей. Томск.

… После твоего отъезда выступали всего 2 раза: в ТИАСУРе и кинотеатре "Октябрь". До выступления в ТИАСУРе успели сколотить небольшую программку, минут на 45. К старым вещам прибавились "Прийдите поклонимся…", "Филя" и "Прелюбодеяние". "Филя", кстати , идет очень неплохо: приличный инструментал; выразительные пения Григория; длинная импровизация клавишных, баса и ударных в конце с опорой на мой ритм (уж на что Паша Бородавкин склонен к сарказму, но даже ему понравилось). Особенно стоит остановиться на "Прелюбодеянии". Начинается с тянучих липких гитарных аккордов (Григорий специально перед этим показывает мне брелок с обнаженной женщиной). Затем вступают все инструменты и начинается обыкновенный блюз, правда несколько затянутый. И вроде бы все нормально в допустимых рамках, но орган вдруг начинает выделывать какие-то странные финты, совершенно не попадающие в гармонию. Они становятся все чаще и чаще, затем сходятся и переходят в суетливое беганье миллионов маленьких паучков. Вслед за органом сбивается куда попало бас-гитара и барабаны, от блюза остается только прорывающаяся местами гитара, аккорды которой становятся все похотливей. "Oh, baby…"-вступает вокал, и поет на английском следующее:

О. Бэйби!
Я люблю тебя!
Я хочу тебя!
Но если ты не любишь меня,
Я убью тебя!!

Музыка становится невообразимо суматошной и вдруг обрывается… Печальный аккорд органа, и гитарное соло непонятное и нервное, не ограниченное ни какими рамками. И на фоне этого:

Когда чешутся ноги,
Ты плюешься красками
В окна домашних бродяг.
Мерзость всех нас
Должна постигнуть.
И потому я беру из твоих глаз
Лишь только прелюбодеяние.

Фон постепенно стихает и кончается каплеобразными нотами (я нашел на гитаре такой эффект). Знакомые Гришкины хиппаны говорят, что вещь живая.

Почти готовы: "Не живи…" и "Блажен муж". Вот пока и все, что мы сделали за это время.

… Сейчас готовимся к концерту в пединституте, а 10-11 июня будут даны грандиозные благотворительные концерты в актовом зале Университета. С этих концертов начнет свое существование Томский рок-клуб!!!… Некое хозрасчетное объединение кооперативов собрало несколько групп: нас ("Алеф" - прим.), "Дети Обруба", "мультиинструменталистов" (они, кстати, собираются переименоваться в "Шоколадный обморок", ибо играют в основном попсу), еще кого-то, и предложило содействие, менеджерство, деньги и помещение. С нашей стороны реклама. Довольно странно, но деньги им от нас не нужны. Сборы от концертов будут идти на благотворительный счет в банке, остальное на развитие рок-клуба и зарплату (если это так можно назвать). Но это пока все в зачатке, загадывать не стоит.

…Купили Уоуке бас-гитару в комиссионке. Чехословацкую за123 рубля (цена после первой уценки). Она гораздо лучше нашего дубового "Урала", легче, удобней, с более плотным звуком.

Досвиданьо, братано!

В кончае июняя буду!


20.10.1989г. Братчук Володя. Томск.

…Привет, Вадик! После такого бурного словоизлияния мое послесловие может показаться жалким мышиным "мусором" (мумие) в двух мешках мелкий-мелкий крупа. Но ложка дегтя, как говорится, бочку меда портит, и вообще, на выборах победил Сулакшин, а Гребенщиков уехал жить в Америку, распустив группу, а рок-н-ролл мертв, а я еще нет, но все так же хочу повеситься, а Серега зевает и рот не крестит, и Солнце светит, в столовой брейк-напиток, а по улице бегают дети в легких кирзовых сапожках, ловкие старушки все так же дерутся за места в трамваях, а деревья покрылись тоской и девушки с близорукими глазами ходят как лунатики, Карев перестал есть мясо, а я дерево, Бынь играет как Бог, а Серега Попов женился и полковнику никто не пишет. Ждем ответа. Однако. Уж. Да. Гм-м. Хо. Хо-хо. Так. До свидания, че ли?


23.10.1989г. Братчук Володя. Томск.

…Здравствуй, рокер Вадик! Пишет тебе рокер Вова, с молнией за спиной. С достаточно большим опозданием пишу тебе ответ и осознаю всю низость своего проступка. Но раньше никак не мог. Томление души, понимаешь ли. А сегодня я с утра какой просветленный, как агнец божий, вспомнил о своих долгах, отныне день 23 октября объявляю днем письма. И шоб тыхо мэнэ!

  • Пункт а) "О делах коллективных".
  • Подпункт 1. "Алеф – это рок или суицид?"

Гриша – пьет.

Артамонов – гуляет с певицами из музучилища.

Братчук – уезжаю с "Передвижной Хиросимой" в Москву на "Сырок-89".

  • Подпункт 2. "Студия – это ли не панацея?"

ДСК МЖК пообещала звукозаписывающую, множительную аппаратуру. Если бы не Гриша (см. выше), уже бы писались.

  • Подпункт 3. "Женя "Дерибасов"".

В группе "Алеф" появился ударник со своей установкой. Зовут Женя. Играет лучше всего "Алефа" вместе взятого. Хайрастый, интеллигентный (институт культуры), одним выражением – классный такой па-а-арнишка. Недостатки – живет в Кемерово. Грузчик. Кличка на работе – "пианист".

  • Подпункт 4. Владика (клавишника) весной могут загрести в армию.
  • Пункт б) "О делах личных (не очень личных)".
  • Подпункт 1. Как упоминалось выше, в конце ноября уезжаю в Москву, от твоего лица обниму Мамонова, расцелую Сукачева, пну под зад Шатунова.
  • Подпункт 2. "О занятиях суетных".

Появилась у меня своя, маленькая художественная мастерская. Веду тихую жизнь затворника. Калымлю по школам, похудел килограммов на 10.

  • Подпункт 3. "О декларации ООН".

В прессе появились сведения об одном (из интересующих меня) пункте о выезде за границу (свободном), вроде как закон будет готов к январю. Учу английский, и если что, жму на педаль.

  • Подпункт 4. "Своей мозолистой ногой вступлю я на Парнас".

Пишу, да, пишу. Запись на пленке вышлю эдак недели через 2-3. Попробую вставить эффекты, кои почерпнул от тебя.

  • Пункт в) "Пожелания доброго самаритянина".
  • Подпункт 1 и последний.

Поздравляю праздником октября тчк дай Бог чтобы он больше не повторился тчк желаю здоровья зпт творческих успехов зпт опухших ото сна глаз тчк привет семье зпт так же Инге зпт Вадику тчк Так же Артамонову привет зпт мне привет тчк тебе привет тчк

До встречи когда-нибудь.


22.11.1989г. Артамонов Сергей. Томск.

…Хотелось бы прочитать твои мысли по поводу нашего общего кризисного состояния. Каким образом ты собираешься объединять наши усилия по впихиванию? Конкретных предложений по этому поводу нет, но хочу поделиться своими мыслями. А для этого нарисую вот такую гадость: это песочные часы. Причем, способные бесконечно расширятся. Верх - это: Мир, Бог, Космос, Жизнь, сфера с центром всюду и окружностью нигде (вообще, как сам хочешь, так и называй). Низ - это человек: его внутренний мир, черепок, извилины и т.д. Тонкий перешеек – глаза, уши, кожа, язык (а может быть даже и желудок).

Так вот, сверху вниз по перешеечку сыпется песочек (обрывки сведений, событий и всякая чертовщина, ну ты меня понимаешь). Сыпется, сыпется… У кого струйкой, у кого рекой (а у кого вообще не сыпется). Но всему приходит конец, сосуд забивается доверху. Вот тут то и начинает твориться непонятное. Песочные часы совершенно неожиданно переворачиваются и песочек, перетертый, измельченный, окрашенный во все цвета радуги начинает пересыпаться обратно (а у кого-то вырыгивается капустой (относится к желудку)). Наступает опустошение и умиротворенность, и даже кайф (отходняк). Но, о чудо (!), твоя песочная камера становится больше объемом, и как следствие понятие Бога так же расширяется. Бесконечное развитие!

Причина нашего кризиса видимо в том, что утрачен эффект пересыпания, а отсюда все последствия. Чтобы как-то его оживить необходимо творческое общение, может быть какие-нибудь поездки, слушание и щупанье, драки и свинячий визг, поедание дерьма, и прыганье в омут головой, плевание слюны с горной вершины или в океан. Но.… Нет ни денег, ни свободы. Замкнутый круг? Черт его знает. Вовка, кстати, не раз уже предлагал повесится на мосту через Томь. Но даже и в этом случае не поймут. И все опять начинает крутиться-вращаться. В таком случае легче всего сказать: "Все козлы" и ложиться спать. Все. Быняй.


09.04.1990г. Гирный Евгений. Томск.

…У Макса (Батурина, - прим.) был. Он мне дал кое-что. Сразу высылаю. В среду он обещал еще добавить имен, обещал Глеба Успенского из "Будней Лепрозория". Посмотрим. Вышлю следом. Как там дело? И насчет рекламы в "МЛ" – уточни подробнее. И по поводу каналов сбыта не все ясно. Поговорю, когда будет готово, с Максом, может, организовать своего рода презентацию с выступлениями и т.д.?

…Филимонов (Андрей, - прим.) при ближнем знакомстве, оказалось здорово пишет! С листа его стихи гораздо более в кайф!

Придумал себе новый псевдоним, можешь использовать: Джон Ланкастер-Гирный Буэндиа, граф Портянкин. Это все один псевдоним, а не два разных. Звучит как взрыв на подводной лодке. Максу тоже представился, как граф Портянкин.

А быт идет тоскливо! Мраки! Последние стихи говорят сами за себя.

Бумаги на журнал не жалей. Пусть будет толстым. Когда еще удастся повторить!

С приветом Дж. Ланкастер-Гирный Б., граф Портянкин.


Апрель, 1990г. Гирный Евгений. Томск.

…Здравствуй, Вадька! Дня два назад выслал тебе стихи Батурина и Филимонова (2 письма), теперь вот еще Успенского, некоего Е. Куза (кто такой – не знаю, Макс принес), ну, еще сам выцепил Герасименко, тоже из старых авангардистов. Думаю, материала достаточно. Осталось подумать о сбыте. Кстати, реклама в "Мол. Ленинце" вряд ли пройдет: там сменили редактора и некто В. Крюков, который иногда проталкивал андерграунд в печать, вылетит из редакции не сегодня – завтра. По крайней мере, мне так сказали. В общем, могила будет полная. Еще. Ведь самиздат до сих пор дело уголовно-наказуемое, не забыл? Ни Макс, ни кто-нибудь из них за распространение не возьмутся, говорят, им это не интересно, но по-моему просто они осторожничают.

…Если взяться за дело серьезно, с перспективой, то нужна или "крыша", или закон о печати. Вот так-то. Напиши обо всем подробнее. Джон.


Лето, 1990г. Гирный Евгений. Томск.

…У меня опять полоса невезения. Страшная такая полоса, такая бывает-то раза три в жизни. Кажется, я уже сломался, ничего не делаю, валяюсь на кровати, да читаю. Жить негде, деньги как-то незаметно растаяли, перспектив никаких, дела нет, пустота. Завидую Толяну, его "буржуазной" жизни. По Вселенной слышен вой: Дайте, дайте покой! (строка из шуточной поэмы 1985г. – прим.) В общем, мраки. Стихи пишутся какие-то дикие, смотреть на них не могу, а все равно пишу, а что еще делать? Боюсь, что сорвусь куда-нибудь из Томска, домой, к отцу, в Магадан (к Аленке, - прим.), к черту. Напиши что-нибудь, как у тебя там дела, напиши на пр. Фрунзе, 120А. 634021. На улице бесконечный дождь, еще на работу идти через полчаса, пропади она пропадом. Ладно, не буду больше плакаться. Джон.


Лето, 1990г. Гирный Евгений. Томск.

…Писать не могу, тоска сплошная, поэтому письмецо будет кратким. Просто мои последние стихи. Как там на счет журнала? Напиши поподробнее. Кстати, мои стихи толкни под моим именем и фамилией, никаких псевдонимов, за свои стихи надо отвечать – псевдоним, это просто от неуверенности. Ничего нового не произошло.

…Читаю "Тошноту" Сартра и мы вместе с ним погружаемся в какую-то жижу. Пиши. Джон.


19.05.1990г. Силаева Ольга. Томск.

…Откладывала ответ, потому что ждала рекламу СЕТОМа в "Молодом ленинце". Самое интересное то, что, возможно, ты уже про СЕТОМ забыл, времени прошло дай боже…

В "МЛ" долго мариновали и наконец вот такое объявление дали (18 мая '90г.): "Имеется реальная возможность издавать для Томска и Семипалатинска независимый молодежный журнал "Се – Том". В основном в нем будут печататься поэзия и материалы, посвященные рок музыке, а кроме того, проза и публицистика, свежая информация и черный юмор. Для того. чтобы на сорока страницах "Се – Тома" наравне были представлены и интересы томичей, необходимо создать томскую редколлегию. Новое интересное дело ждет своих энтузиастов".

Скорее всего, люди откликнутся. И среди них те, кто и сотрудничать бы мог, и потенциальные покупатели (любопытных-то много, желающих убедиться, потрогать – тоже много). Наверное, через неделю придут в "МЛ" (в мою рубрику) письма от тех и от этих. Что с ними делать? Нужна будет постоянная связь с Семипалатинском. Определение задач, планов… Давай пока так: сообщи о состоянии СЕТОМа. И о состоянии его редколлегии. И о том, как ты представляешь сотрудничество (если оно еще, конечно, возможно). Ну и давай, если идея журнала не заглохла, начинать готовить первый совместный номер. Я пока могу совершать что-то нечто типа координирования… Да, но возможно журнал уже давно процветает (до нас по каким-то причинам недоцвел)? Вобщем, жду твоего сообщения о СЕТОМе!

…А какие идеи – нереализованные? Какие из них осуществить можно? Есть у тебя на примете томские товарищи, которые "Мол. ленинец" не читают, но зато творят (или могут творить) в разрезе, для СЕТОМа подходящем. Может с рокерами связаться? Назови имена.

А как твои стихи? В том ЛИТО, в которое их послала – до сих пор, кажется, в обалдении. Шлю "МЛ" (хотя, может, у тебя есть?). Почему-то мне понравился Е. Куз. Таракана жалко. Вот из этих стихов, из этих авторов – какие бы для СЕТОМа подошли? Я бы Зонова (Никиту, - прим.) порекомендовала, потому что на его стихотворение уже пародию состряпали (не пойму - что лучше? – пародия эта или стих). Мои стихи лучше не читать, они обрезанные, Крюков (составитель) оставил лишь кончики.

…Будь, пожалуйста, и пиши. Легкости и стабильности. Ольга.


04.07.1990г. Давид Филиппков. Томск.

…Предлагаю следующую "агитку" для №1 "СЕТОМа":

Это – зори лепрозорья
Это – будни буддетлянина
Это – аудеграунда море
Это – внеземная фауна!
Что вы стоите,
Слюну глотая,
Вакуум ловя ртом?
Берите слова
И их бросайте
В "СЕТОМ"!

(можно еще не только про "это", но и про "то" (анти-СЕТОМ):

то –масштабные стройки
то – в ширпотреб лаз
то – арьергардные строки
то – культ масс.)

Извините, конечно, что не слишком сильно

( Томь – засорили
Семипалатинск плачет:
От полигонов возникнут ли силы?..).

С уважением, Ваш потенциальный автор

Давид Филиппков.


28.02.1989г. Крыжановский Александр. Уфа.

…Посылаю тебе плод своих редких вдохновений, бессонных ночей и загрызенных насмерть ручек. Все что написал я и напишу еще, дарую вам в пользование, тебе и Сереге – кройте, шейте. Может и получится что-нибудь. Рад услужить. Преклоняю колено. Вот так-то, голуби мои.

Итак! Анонс!

№1 (это, конечно, не В. Чернышенко…)

Итак №1. Шутки в сторону, честно говоря без дури, Вадька, это моя любимая вещь на манер Бо Цзюйи.

 

№1. Чаинки в чашке.

Стайки опавших листьев чаинок
Присевших отдохнуть немного
В замкнутом утреннем дворике
Из белых фарфоровых стен…

Свет (!) пробил молочный звон
И заиграл перьями в утреннем блеске –
Я слышу его бесшумный фальцет –
Как он поет – хрупкий и веский,

Лишь для меня он поет и для них
Опавших листьев чаинок
1

1 Размышления над утренним чаем (Прим. автора)

 

Еще одно: №2

№2 Неоконченное (Размысления).

Есть множество мыслей – плохих и хороших;
Есть пища для мозга, тепло для души,
Но все же ничто меня так не тревожит –
Как пение ветра в полночной тиши…
Я помню все то, что уж было когда-то,
Я вижу, что будет еще впереди
И я все познал – но не этого надо…
И что-то щемит в худосочной груди.

Ну вот. Это вам не Блейк конечно. Но нервы помотало. №2 я придумал за 20 секунд – 6 строк и за 1,5 месяца еще две. Такие вот темпы.

…И еще одна программная вещь с ницшеанским уклоном (следствие углубленного изучения зороастризма и ницшеанства, как теоретического фашизма).

 

№4. Я – борец.

Я отточаю ум, я укрепляю плоть,
И я не дам топтать себя тупому стаду
И если сильных все же мне не побороть –
То горе тем, кто остается слабым!
Они меж тем прибегли к славословью
Тех ценностей, что мало им понятны,
А я пишу все это красной кровью,
Я излагаю коротко и внятно.
Я под собой не чую ног,
Когда во мне клокочет бог.

 

Ну вот пожалуй и все, из стоящих. Любимый автор всех времен и народов Дж. Д. Сэлинджер привел в предисловии к "Девяти рассказам" коан дзенского поэта Хакуина Осе (клевые чуваки оба, я их очень уважаю). А именно:

"Мы знаем, как звучит хлопок двух ладоней. А как звучит хлопок одной?"

Так вот для чего я привел сию головоломную фразу.

Я развил теорию о том, что при писании стихов нельзя к рукам и чувствам подключать голову с нашей пресловутой логикой, которая могучим сорняком торчит из башки каждого гражданина. Стихи льются сами, они не надуманы, а прочувствованы и рука сама как-то без участия мозга записала их на бумаге – если так получается, то все o' key. Если нет – труба. (Из написанных мной только №1 и 6 строк №2). То есть, я хочу сказать – не нужно объяснять, как звучит "хлопок одной" (между прочим a one-hand clapping). Каждый знает это сам и если он так пишет и если он клевый чувак, то и стихи у него клевые, хотя никто не знает, как звучит его ладонь, не знает как, техники не знает – а стихи вот они, то есть я не знаю, как делают шоколад "Сказки Пушкина", просто люблю его и все.

…Горячий привет всем твоим знакомым. Маму поцелуй от меня. Твой sincerely C.


©1987-1991. В.Чернышенко.